Крыши

Генеральные идейные спонсоры этой статьи: Виктор Пелевин и Борис Гребенщиков.

Иногда бывает, выходишь зимним  солнечным утром на улицу. Мороз грызётся до самых костей, а холодный воздух обжигают нос. По телу протекает дрожь от конечностей к внутренним органам. Толстые лучи света бьют по глазам, отражаясь от снега. Пар со рта растворятся. Вроде сейчас не так всё и плохо. Останавливаешься у выхода. Глубоко вдыхаешь и кажется, будто сегодня всё за тебя. Будто впереди остались только победы. Замираешь на секунду и думаешь, может вот она отправная точка в новую жизнь, в новое будущее. Вот он момент, когда стоит ставить на себя? Кое-когда слезаешь с кровати, чистишь зубы, а по голове шастает мысль: «Кого чёрта я здесь делаю?» Смотришь на небритую рожу в зеркале, а из родных, голодных и заспанных глаз приходит сообщение:  «Чего я жду? Кого чёрта всё ещё свёрнутые мои паруса?» Бывает чудиться, что в силах всё решать сам, словно  поводки не такие уж тугие, словно кто-то забыл закрыть твою клетку, и чувствуешь, что  может это шанс сбежать из душного бетонного зоопарка, что бы взглянуть на жизнь  за  стальными прутьями огромного города.  Продать всё что есть, занять у соседей, купить билет в один конец. Что бы следовать под шёпот своих инстинктов туда, где люди понимают истину. Забыв дома уют и вместе с ним все оковы. Что бы, однажды, проснутся от приплыва карибских волн.  Песок в волосах и  окружение горячих полуобнажённых львиц. Но очереди на вокзале совсем огромные, соседям должен уже по уши, в пятницу важная встреча, а в понедельник в 7 нужно быть дома. Да и бежать походу некуда. Секунду назад воображение несло тебя к незнакомым городам и странам, а сейчас уже скрепят тормоза. Когда понимаешь, что в диких джунглях тебе то и не особо рады. Только что летел из города Н в город М. А сейчас Стоишь у зеркала, как перепуганный зверь у открытой клетки, не зная, что делать сосвоей свободой.

Повседневность уносит всю уверенность. Надежда разбивается о бесконечные сомнения, а радость о светлую грусть. Мечты упираются в желания и потребности. Реки  проблем и ручьи треша слились в огромное море.  Цунами ежедневной рутины смывает всё на своём пути. Буря из новых дней сбивает с ног. Серые дома впитывают сотни чужих ошибок, трещат по швам от стрессов и скандалов. Липкий поток мелочей, густо заливает пыльные города, светлые офисы и шумные заводы. Уровень всё поднимается час за часом. И, чтобы во всём этом случайно не захлебнутся, не утонуть, остаётся только карабкаться вверх, искать свою крышу. Обращали ли вы когда-нибудь  внимание, на крыши? Их миллиарды, их понастроили во всех уголках Мира. Но среди них есть те, что выгорают под фотовспышками. Те, что сияют нам уже много лет.  Именно они своей красотой дарят мне надежду. Именно в них лежит ответ на вопрос: «Где же моё место, где же я чувствую себя как дома?» О них сегодня и поговорим. Друзья, видели ли вы когда-нибудь храмы в Азии?

Их несоответствие до сих пор взрывает мозги зазевавшихся туристов. Ведь если смотреть изнутри, то увидишь  только примитивные хибары и развалины. Простые и бедные комнаты, скудный интерьер и зашарпанные стены. Но снаружи – это огромные и неописуемые  дворцы.  Внизу старые стены и тусклая раскраска, а сверху ослепительные многоступенчатые крыши. С загнутыми углами, живописными узорами и золотыми драконами. Огромным количеством  статуй и тучей скульптур. Этому гениальному символизму уже несколько тысяч лет. Его не сложно разобрать. В  нём лежит ключ к вечному спокойствию. Словно стены – это наш мелочный  мир, а крыша – духовный. Пустота и простота нижних комнат, намекает на ничтожество нашего существования.  А невероятные крыши подсказывают, что богатства стоит искать где-то там, на верхних этажах своей души. Бесконечная красота и наслаждение прячется выше слепых желаний, выше пустых слов и  выше всей этой суеты.  Эту глубокую мысль приручили ещё древние цивилизации. Но сегодня у меня есть всё, что бы её забыть. Мэмы, лайки, мониторы и дорогие игрушки. Мои пустые и бедные комнаты заполняются клейкой и разноцветной рвотой. Глупые правила, затёртые понятия и примитивные развлечения. Выбраться на крышу, что бы вдохнуть свежий воздух, с каждым днём всё сложнее и сложнее.  Умные дяди с умными лицами, доказывают мне, что грязный, зашарпанный и потрескавшийся потолок, это мой предел, пишут книги, защищают диссертации, втирая, что выше их плинтуса нет ничего, но я знаю на верхних этажах моей души, ослепительные многоступенчатые крыши, с загнутыми углами, живописными узорами и золотыми драконами.

Ливнем льют пустые радости. Дождь из секундных ценностей, хлещет нам в лицо уже несколько веков. Наводнение из суеты и иллюзий рушит даже самые крепкие и толстые стены, затапливая самые объёмные головы.  Моря желаний выходят из берегов. Уровень потребления поднимается час за часом. Стеллажи зарастают пластиком и супермаркеты переливаются через край. Захлёбываются старые традиции, идут ко дну вечные ценности. Серые прохожие погружены по шею и дрожат от холода. Плывут, не поднимая головы, смотрят в экраны, думают, что так было всегда и так должно быть. Им всё мало. Им нужно квартиры по шире, новые вещи помоднее. Работу попроще, а веселья больше, чем обычно.  Потребительская жажда срывает все краны и рушит миллиарды совершенных храмов. Люди хватаются за дорогие машины, мягкие кресла, за какие-то ценные бумажки и драгоценные железяки. Люди держат их так крепко. От чего один за другим исчезают в толще тёмной бездны. Ну а я сижу на своей крыше, наблюдаю за всем этим и улыбаюсь. Мне плевать на их замки и дворцы. Если дом внутри, всё равно где ночевать. Я не хочу их должностей, их побрякушек, их яхт и их медалей. Денег снова не хватает, но я в разы богаче, ведь моя крыша сияет мне, где угодно. Мы с ней едины. Я теряю её и нахожу заново. Я  торчу на ней каждый день, каждый час, каждую минуту. Я падал с неё 1000-у раз, 1000 раз поднимался и вряд ли надоест.  Садись рядом и ты. Здесь не видно мелькание экранов, не заметна ложь наглых рекламщиков. Я закрываю глаза и вижу только, таких же как сам. Хоть мы далеко друг от друга, нам с ними не нужно слов и лишних терминов, что бы найти общий язык. Я узнаю их в музыке, литературе и архитектуре.

Людей качает на кризисных волнах. Индексы скачут вверх-вниз, показатели растут и подают снова. Проплывают мимо груды не нужного хлама. Людей тошнит от морской болезни. Они  барахтаются и ждут спасения. В панике хватают то, что можно ухватить, сгребают всё, что можно сгрести. И тонут от лишнего веса. Мои нижние комнаты уже затоплены кучей товаров, новыми акциями и выгодными предложениями. Взгляните на этот телефон, он последней модели. Вы должны посмотреть на эту стиральную машинку, она самая бесшумная.  Люди дерутся и сбрасывают один другого вниз, забыв, что верхних этажей хватает на всех.  Люди, так упрямо пытаются и так наивно надеются приручить стихию. Придумывают законы, страны и нации. Сооружают насыпи из бетона и стекла. Но выходят, только песочные замки. Строят огромные корабли из предложений, терминов, сложных теорем и лёгких аксиом. На пару мгновений им кажется, будто вода их стихия. Люди наполняют смыслом пустоты,  что рождает только новые сны.  А высокие дома и огромные корпорации всё так же уходят под воду. Течение всё сильнее, его не остановят ни эти новые открытия, ни эти последние технологии. Наши прадеды захлебнулись в нём. Наши отцы тоже хлюпаются здесь, наступая на те же грабли. Да и мы уже почти готовы окунуться. Но надежды теряй не стоит, нам ничего не грозит, ведь путь к верхним этажам всё ещё открыт. Он доступен всё так же как и раньше, о нём почти не говорят, не снимают фильмов и почти не пишут в газетах. Люди так заняты. Они делают карьеры, заполняют гардеробы и красиво обставляют комнаты. Их несёт потоком хлопот, беспокойств и беготни. И ни у кого нет времени взглянуть наверх. Что бы понять, что у каждого над головой ослепительные многоступенчатые крыши, с загнутыми углами, живописными узорами и золотыми драконами. Что всё огромное в нас, а мы в нём. От чего я опять сижу на своей крыше. Всё так просто и так сложно.  Отчего я опять вижу, как уставшие люди лезут друг на друга, что бы как можно дольше оставаться наплаву.

Можешь орать мне в лицо, что я не прав. Можешь опять напоминать мне, что я ничтожество. Ведь на фирме ты не последний человек. Ведь ты достиг всего, чего можно было достичь, а я всё так же смотрю на эти ваши пирамиды снизу вверх. Ты можешь придираться к моим словам. Ты можешь учить меня жизни, ведь шёл всегда только на зелёный, смотрел, куда говорили смотреть. Ты так гордишься своей карьерной лестницей, ты называешь это альпинизмом, но я вижу только долбанное рытьё ям. Ты можешь ругаться и скандалить со мной, но лучше ругайся с военкоматом и правительством, лучше скандаль со своей женой, ведь я сижу на крыше. Я болтаю ногами и улыбаюсь, потому что отсюда такой крутой вид. Я смеюсь изо дня в день, из года в год, что бы ни было вокруг. Ведь  сижу на крыше: она всегда со мной, она всегда за меня.  Века поют мне, что я  пускаю корни в неё уже так давно. Что я прав, даже если не прав в повседневных мелочах. Что здесь наверху нет рая и нет ада. Нет зла и нет добра. Здесь нет плохих и нет хороших. Нет рок-звёзд и нет неудачников, мы все как одно. Я улыбаюсь, ведь вижу только бесконечное море, живописные закаты и  потрясающие рассветы.  Оставайся, никто не узнает, что ты был тут. Сейчас я рядом, мой голос у тебя в голове, а завтра уйду. Сломаются мои хрупкие механизмы, сердце перестанет гонять по организму красную краску. Люди погрустят, а завтра появятся новые люди. Но если что, ты знаешь где меня искать… Среди красивых ослепительных многоступенчатых крыш, с загнутыми углами, живописными узорами и золотыми драконами. Огромным количеством статуй и тучей скульптур.

Збережено оригінальну орфографію та пунктуацію автора статті.

comments powered by HyperComments

Денис Романович

Він не любить це слово, але друзі називають його Денчиком. Перше, що потрібно знати: Денис – не журналіст. Він творець, письменник в якомусь сенсі. Можна читати його тексти годину і тільки на шістдесят першій хвилині зрозуміти всю глибоку суть написаного. Володіє феноменальним вмінням зачепити кожного читача такими простими речами, як касетний плеєр, тетріс чи фанти з жувальних гумок. Може тижнями доводити бабусям біля під’їзду, що не все наше покоління – хулігани-алкоголіки-наркомани. Ніколи не пливе за течією, завжди в альтернативному руслі. За його простими, саркастичними, а іноді й пафосними фразами постійно приховано щось більше.